В ПОИСКАХ ИСЛАМСКОЙ РУСИ (I)

Замалчиваемая история русов 

1

Наряду с имеющими широкое распространение версиями принятия христианства русами, нашедшими отражение, как в трудах восточных - мусульманских и сирийско-христианских авторов, так и в древнерусских источниках, на Востоке бытовало и совершенно иное представление о важнейших событиях религиозной жизни Древней Руси, касающееся обращения её жителей в ислам. При этом сам факт христианского периода ими также не ставился под сомнение, но рассматривался лишь в качестве эпизода, предшествующего утверждению ислама.

В частности, в сочинениях ал-Марвази (ХI век) и у более поздних историков — персидского первой половины XIII в. Мухаммада 'Ауфи и турецкого Шукруллы ибн Шихаба, жившего в XV в. и других авторов — сообщение о крещении русов является как бы преамбулой и составной частью пространного рассказа об этом народе, сюжет которого логически завершается достаточно подробным описанием их обращения в ислам.

Как видно, сообщение ал-Марвази и иных писателей о религии русов не является механической сводкой известий, заимствованных ими из различных источников, а, напротив, представляет собой связное повествование, в котором рассказывается о переходе русов из христианства в ислам как о закономерном событии, обусловленном внутренними потребностями древнерусского общества. В частности, там сообщается о "джазире русов" ("русском междуречье"), разбойных нападениях русов на славян и другие народы и, наконец, о пагубном влиянии принятия ими христианства в 300 г.х. (912/13 г.).

Далее излагаются причины, побудившие русов отказаться от христианской веры и обратиться к исламу. С принятием христианства русы были вынуждены отказаться от походов на другие народы, а поскольку иного способа добывать себе пропитание они не знали, то их дела быстро пришли в расстройство. Поэтому, побуждаемые желанием получить право вести войну за веру, русы стали склоняться к исламу. С этой целью они отправили посольство к хорезмшаху; в состав посольства вошли четверо лиц из числа приближенных правителя русов, носившего титул "буладмир". Хорезмшах очень тепло принял их и отправил на Русь имамов, после чего все русы сделались мусульманами. Завершает рассказ о Руси описание её успешных военных набегов. Подобный финал рассказа демонстрирует правильность сделанного русами религиозного выбора: став мусульманами, они превзошли могуществом соседние немусульманские народы.

Разные русы – разная история

2

В данном контексте следует отметить, что разные русы крестились в разное время. Вероятно, некоторые из них принимали арианство еще в IV–V вв. С IX в. христианство распространяется у русов и славян Приднепровья. В частности, при Константинопольском патриархе Фотии (ум. 867) христианство приняли причерноморские росы, в 932 г. — аланы. Могла перейти в христианство и еще какая-то группа русов в начале X в. Но титул буладмир слишком напоминает крестившего Русь Владимира. Поэтому обычно в сообщении видят путаницу как хронологическую, так и фактическую. Ясно, что "Киевская Русь", да и "Причерноморская" или "Новгородская" в мусульманство не обращались. Другое дело русы, осваивавшие Каспий и проживавшие на Волге. Аланы в конечном счете такой путь и проделали: сначала перешли в христианство, а затем в ислам. Однако сами попытки рассмотреть вопрос об исламизации русов, с учетом всех исторических источников, натыкались на проблемы, исходящие из самой сути отечественной историографии.

В частности, следует отметить, что рассказ о принятии ислама русами не оставил без внимания многих историков "классической школы", таких как В.Бартольд, В.Минорский, О.Прицак и др., но и они не смогли или не захотели придать импульс развитию этой темы и отнеслись к ней, как к интересному, но не заслуживающему детального исследования второстепенному вопросу, лишь вскользь затронув его в своих произведениях. Это можно объяснить тем, что российские и украинские исследователи, на саму "историю Государства Российского (или Малороссийского)" смотрели через ту же призму, что и авторы "Повести временных лет" (ПВЛ).

Таким образом, они пытаются встроить повествование о принятии русами ислама в канву рамок традиционного великодержавно-православного взгляда на формирование российской государственности. Согласно этим воззрениям, которым не был чужд даже Прицак и иные украинские историки, сама Русь изначально является неким "единым и неделимым" объектом исторических исследований и субъектом самой истории. Её же "единственность и неделимость" обеспечивается исключительными правами "Дома Рюрика" на "Землю Русскую" и без альтернативностью "аксиомы" о том, что Русь обязана своим появлением в истории одной лишь династии - "князьям русским". Все иные правители, которые упоминаются на страницах русских летописей, будь то Аскольд, Дир или Рогволд Полоцкий, являются или, вышедшими из повиновения наместниками этих Рюриковичей, или просто мятежниками. При этом сами противоречия "норманистов" и "антинорманистов" проистекают из оценки степени развития славян в "дорюриков период" и местом происхождения династии Рюриковичей (скандинавы они или славяне?), но не затрагивают основ самой концепции ПВЛ.

До наших дней так и не появилось какой-либо серьезной школы, отошедшей от принципов, заложенных в "Повести временных лет", которая бы могла уделить внимание всем имеющимся источникам, не отдавая предпочтения какому либо из них.

Поэтому и историками указанного "традиционного направления" по сути отрицается наличие иного возможного центра русской государственности, не связанного с Киевом или Новгородом. Отсюда и попытки тех из них, кто принимает версию о принятии ислама русами в качестве достоверной, соотнести её исключительно с личностью князя Владимира "Святого" и событиями, касающимися выбора им веры из русских летописей.

Так, украинский историк Прицак в своей работе "Походження Русі" пишет: "Достоверный арабский источник (ал-Марвази, примерно 1120 г.) сообщает, что Владимир сам принял ислам (во время новгородского правления). Если бы он остался в Новгороде, то вероятнее всего ввел бы там тюркскую версию ислама и таким образом северная часть восточных славян тюркизировалась бы, как это произошло с волжскими булгарами. Однако Владимир перешел в Киев, сменив "полумесяц" на "солнце" Константинополя, где был вынужден сменить ислам на греческое христианство".

Здесь мы также видим попытки, хотя и не игнорируя факта принятия русами ислама, свести его к той же концепции "Единой и неделимой Руси", созданной князьями "Дома Рюрика", без желания рассмотреть возможности существования "другой Руси", никак не связанной ни с Киевой, ни с Новгородом и тем более с "князьями русскими" из династии Рюриковичей. И это, несмотря на то, что в сообщениях ал-Марвази и иных мусульманских авторов, живших в более поздний период, ничего не говориться о том, что русы, после своего обращения в ислам вновь стали бы христианами, хотя эти историки писали свои произведения спустя два и более веков после описываемых ими событий об окончательном утверждении ислама среди русов.

Продолжение следует...